Влияние нандролона деканоата на центральную нервную систему

Материал из BigBrothersLab


Введение

Нандролон включён в класс II анаболических андрогенных стероидов (ААС), который состоит из 19-нор-производных тестостерона. В целом ААС представляют собой обширную и быстро растущую группу синтетических андрогенов, используемых как в клинических, так и в незаконных целях. Нандролон применим в клинической практике, ожогах, лучевой терапии, хирургии, травмах и различных формах анемии. Кроме того, его также использовали для лечения хронических изнурительных заболеваний: синдрома истощения, связанного с вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ)/синдромом приобретённого иммунодефицита (СПИД). Тем не менее, благодаря своим полезным свойствам, таким как стимулирование роста тканей, поддержание силы и мышечной массы, либидо и здоровья костей, он стал очень популярным среди спортсменов в их попытках увеличить свою силу, ускорить развитие мышц, способствовать восстановлению и укреплению мышц. Во всем мире он считается одним из наиболее часто злоупотребляемых ААС. Несмотря на ранее упомянутые желаемые эффекты, существует также множество вредных воздействий на центральную нервную систему (ЦНС), о которых говорится в литературе.

Структурно нандролон и соединения, относящиеся ко II классу ААС, отличаются от тестостерона по положению С19, где метильная группа замещена водородом. Ранее упомянутая замена приводит к увеличению периода полувыведения, превышающему то, которое достигается только за счёт этерификации. Этерификация гидроксигруппы в положении С17 нандролона декановой кислотой даёт НД. Стоит сказать, что, несмотря на сохранение двойной связи С4-С5 в НД, андрогенная активность соединения снижена по сравнению с ДГТ и является более анаболической, чем у тестостерона.


Химические структуры деканоата нандролона (А), тестостерона (В) и 5β-дигидротестостерона (С) представлены на рис.1.



Несмотря на то, что ААС являются запрещёнными веществами профессиональными спортивными организациями и запрещёнными препаратами DEA, они широко используются, особенно подростками и молодыми спортсменами или людьми, не занимающимися спортом, в косметических или развлекательных целях.

Агрессия

Существует корреляция между приёмом деканоата нандролона (НД) и агрессивным поведением, фактически усиление агрессивного поведения было показано во многих исследованиях. Но в этом плане имеются противоречивые результаты, так как при использовании разных методологических подходов сообщалось об отсутствии влияния на агрессию.

Брейер и др. исследовали влияние на крыс Лонг-Эванса после введения НД, пропионатом тестостерона или станозололом (5 мг/кг 5 раз в неделю в течение 12 недель), сделав вывод, что агрессивное поведение увеличилось у крыс, получавших пропионат тестостерона, по сравнению с контрольной группой. Напротив, крысы, которым вводили НД, и контрольные группы демонстрировали одинаковый уровень агрессивности.

Выводы Брейера и др. согласуются с данными Альберта и др. которые показали, что как крысы, получавшие НД, так и контрольная группа, подвергались небольшому количеству боковых атак при проведении конкурентных испытаний.

МакГиннис и др. провели тесты, чтобы выяснить, является ли агрессия, усиленная ААС, обратимой. Они оценивали агрессию у крыс-самцов после отмены НД, станозолола или пропионата тестостерона; 5 мг/кг 5 дней в неделю в течение 12 недель. Крысы, получавшие НД, демонстрировали такое же агрессивное поведение, как и контрольная группа. С другой стороны, Лонг и др. заявили, что крысы Спрэга-Доули, получавшие НД (2 мг/день или 20 мг/неделю в течение 4 недель), демонстрировали повышенный уровень агрессии по сравнению с контрольной группой. Расхождения между выводами Лонга и более поздними исследованиями не могут быть полностью объяснены, но могут быть связаны с различиями в линиях крыс (Лонг-Эванс против Спрэга-Доули) и/или конкретными условиями тестирования.

Проведённые впоследствии исследования не выявили агрессии ни у взрослых, ни у подростков-самцов крыс после введения НД. Однако результаты Лонга могут быть связаны с предыдущим «жизненным опытом», поскольку самцы, получавшие надролон и использованные в этом конкретном исследовании, перед началом введения НД прошли двухнедельную боевую подготовку. Мужчины в других исследованиях не имели ранее агрессивного опыта.

Тот факт, что крысы у МакГиннис, в группе НД не проявляли межсамцовую агрессию, был воспроизведён, показывает, что в определённых условиях НД не способствует агрессии у самцов крыс Лонг-Эванса.

Линдквис и др. вводили крысам НД (15 мг/кг в течение 14 дней) для изучения конкурентной агрессии. Начиная с одной недели после последней инъекции НД, крыс Вистар акклиматизировали в новых клетках и с новыми соседями по клетке в течение 3 дней. На 4й день потребление воды было ограничено, и при введении активного водяного смерча регистрировалось конкурентно-агрессивное поведение, демонстрируемое крысами с ААС. Базовые уровни потребления воды определяли после теста, когда крыс помещали в отдельные клетки. Исходный уровень употребления воды в группах был одинаковым. Однако во время теста крысы, получавшие ААС, тратили больше времени на питье. Поэтому эти результаты трудно интерпретировать, поскольку тест проводился через неделю после последнего введения НД, а скорость выведения НД неизвестна.

Серия экспериментов была проведена Меллони и его коллегами на хомячках-подростках с интактными гонадами после их лечения коктейлем НД, ципионата тестостерона и ундецилената болденона. Хомяки, получавшие ААС в течение 14 дней, продемонстрировали больше атак и укусов, а также меньшую задержку укуса по сравнению с контрольной группой. Подобные результаты наблюдались в последующих исследованиях той же лаборатории на хомяках, получавших коктейль ААС в течение 30 дней.

Самцов сирийских хомяков ежедневно обрабатывали комбинацией, содержащей НД, тестостерон ципионат и ундесиленат болденона (2, 2, 1 мг/кг соответственно) либо в подростковом, либо во взрослом возрасте в течение 14 дней. На следующий день после окончания лечения самцов проверяли на предмет сексуального или агонистического поведения с восприимчивой самкой или самцом-злоумышленником соответственно. Взрослые особи, получавшие ААС, демонстрировали более низкий уровень сексуального поведения и не имели повышенной агрессии по сравнению с контрольной группой, тогда как соответствующие самцы-подростки демонстрировали значительное увеличение агрессивного и сексуального поведения по сравнению с контрольной группой.

В экспериментальных целях крыс стимулировали лёгким пощипыванием хвоста. Реакцию на такие стимулы тестировали на животных, получавших НД, в контрольной группе после прекращения периода использования НД и в течение 6-8 недель после этого. Было показано, что в обоих случаях животные проявляли повышенную реактивность в отношении воздушных затяжек, боковых толчков и захвата. Макгиннис и др. предоставили одни и те же результаты, поскольку оба исследования увеличили реактивность через несколько недель после окончания лечения нандролоном. Макгиннис и др. также протестировали поведенческие реакции на пощипывание хвоста через 12 недель после прекращения лечения стероидами и не заметили усиления агрессивного поведения.

Россбах и др. продемонстрировали, что ААС могут усиливать возбуждающую нейротрансмиссию у взрослых грызунов посредством усиленного фосфорилирования глутамата рецептора NMDA, что приводит к увеличению агрессии, импульсивности и раздражительности у взрослых крыс и крыс-подростков.

Рассмотрено взаимодействие сайтов НД и NMDA, а также сигма-рецепторов. Для целей исследования крысам-самцам ежедневно вводили НД в течение 14 дней. Предполагается, что НД может воздействовать на мозг посредством взаимодействия с нейростероидами. Радиомеченый ифенпродил использовался в экспериментах по связыванию, поскольку он демонстрирует значительное сродство как к NMDA, так и к сигма-рецепторам. Сообщалось, что ифенпродил связывается как с сайтами сигма-1, так и сигма-2 и может в некоторой степени вытесняться из обоих сайтов нейростероидами: сульфатом дегидроэпиандростерона (ДГЭАС), сульфатом прегненолона (ПС) и сульфатом прегнанолона (3a5bS). Оставшийся ифенпродил был вытеснен из сайта сигма-1 с помощью (þ)-SKF 10,047, который является селективным лигандом к рецептору сигма-1. Хроническое лечение нандролоном изменяло сродство рецептора сигма-1 к вышеупомянутым нейростероидам, но рецептор сигма-2 оставался неизменным. Более того, было отмечено, что субъединица NR2B рецептора NMDA не подвергалась воздействию обработки НД.

Аргинин-вазопрессин (АВ) участвует в индуцировании агрессивного поведения. Харрисон и др. продемонстрировали, что использование на самцах хомяков предподросткового возраста коктейля, включающего НД, в течение 30 дней приводило к повышенной агрессии по сравнению с контрольной группой. Также было отмечено увеличение средней площади, иннервируемой АВ-иммунореактивными волокнами в переднем гипоталамусе и содержимого АВ.

Областью, наиболее пострадавшей при проявлении агрессивного поведения, является гипоталамус. NMDA-рецептор участвует в индукции некоторых типов агрессивного ответа. Уровни экспрессии мРНК субъединицы рецептора NMDA значительно снижаются после 14 дней использования ААС.

По данным Тамаки и соавторов повышенные уровни адренергических и серотонинергических аминов, стимулированные нандролоном, в гипоталамусе могут привести к улучшению физической работоспособности, но также и к агрессивному поведению.

Действие андрогена связано с его способностью связывать и активировать специфические андрогенные рецепторы. Показано, что после введения НД иммунореактивность вещества P (ВP), которое является пептидергическим фактором, связанным с усилением агрессии в нескольких областях мозга, миндалевидном теле, гипоталамусе, периакведуктальной серой зоне и полосатом теле, увеличивается. Также было показано, что НД реагирует на систему ВP на нескольких уровнях, включая плотность рецепторов, концентрацию пептидов и ферментативную обработку. Хроническое употребление НД было связано с воздействием как на концентрацию опиоидов, так и на уровни тахикинина в областях мозга, связанных с контролем эмоционального поведения, такого как депрессия, агрессия и вознаграждение.

Повышенная экспрессия c-FOS была отмечена в лимбических областях мозга, включающих системы поведения, стресса и вознаграждения, у морских свинок после введения НД. После повторного введения ААС у сирийских хомяков-подростков мужского пола повысились уровни гипоталамического вазопрессина и усилилась наступательная агрессия.

По данным Каррильо и др. и Фишера и др. воздействие нандролона в подростковом возрасте изменяет нормальную активность глутаматергической системы в латеро-переднем гипоталамусе (LAH), областях мозга, участвующих в выражении агрессивного поведения. Другие исследования показали, что нандролон вызывает агрессию у мышей только при высоких анаболических дозах в экспериментах, проведенных на икроножной мышце, которая является гормон-чувствительной.

Тревога, страх и стресс

С нандролоном связаны анксиогенные и анксиолитические эффекты. Кувелас и соавт. предполагают, что хроническое лечение высокими дозами НД вызывает поведение анксиолитического типа, нарушение социальной памяти, возможное пространственное обучение и способность вспоминать посредством активации центральных андрогенных рецепторов (АР), в то время как приобретение информации остаётся неизменным. У крыс, которым вводили НД (15 мг/кг подкожно) и антагониста АР флутамид (ФЛ), снижение тревожности прекращалось. Напротив, в предыдущем исследовании, когда ФЛ применялся к гиппокампу, было отмечено повышенное тревожное поведение, возможно, в результате взаимодействия препарата с мишенями, отличными от АР. Известно, что взаимодействие НД и ФЛ с АР в областях мозга, таких как гипоталамус, базальные ганглии, миндалевидное тело, перегородка, гиппокамп, двигательные ядра в стволе мозга, мозжечке, спинном мозге и коре головного мозга, способствует поведению, связанному с тревогой. Вмешательство в серотонинергические, глутаматергические, дофаминергические пути может привести к снижению тревожности и ухудшению памяти.

С другой стороны, Минкин и др. заметили, что крысы Лонг-Эванса (гонадные интактные или гонадэктомированные) после введения НД (10 или 50 мг/неделю в течение 8 недель) проводили больше времени по сравнению с контрольной группой на границах открытого поля (т.е. тигмотаксис), что указывает на повышенный уровень тревожности. О тех же результатах сообщили Минкин и Мейер, поскольку у крыс, получавших НД, во время задания в открытом поле была вызвана анксиогенная реакция.

Нандролон усиливает синаптические токи, опосредованные рецептором ГАМК-А в вентромедиальном ядре гипоталамуса, но уменьшает их в преоптической области. Эти эффекты зависят от субъединичного состава рецептора ГАМК-А. В дорсомедиальном гипоталамусе блокада и усиление ГАМК-опосредованных токов связаны с анксиогенными реакциями и анксиолизисом соответственно.

Система награды и зависимость

Психостимуляторы, такие как кокаин и d-амфетамин, повышают внеклеточную концентрацию дофамина (ДА) за счёт ингибирования обратного захвата транспортеров ДА. Повышение регуляции транспортеров ДА в хвостатом ядре было замечено после введения НД, что позволяет предположить, что это отражает ответ повышенной активности ДА. Влияние d-амфетамина (0,5 мг/кг за 15 минут до теста) на вознаграждение за стимуляцию мозга изучали до и после введения крысам коктейля, содержащего НД, ципионат тестостерона и ундесиленат болденона (2, 2, 1 мг/кг) ежедневно в течение 15 недель). Было высказано предположение, что, хотя НД не оказывает прямого влияния на систему вознаграждения мозга, он усиливает эффекты амфетамина.

Санта Кайланто и др. предполагают, что после использования НД (20 мг/кг внутримышечно через день в течение 10-дневного периода) могут возникать длительные изменения в цепях вознаграждения мозга крыс, связанные с лекарственной зависимостью. Высокие концентрации внеклеточного ДА и серотонина (5-НТ), вызванные кокаином, были снижены предварительной обработкой НД. Изменения, замеченные в системах ДА и 5-НТ после воздействия НД, сохранялись и спустя значительно длительный период после прекращения введения.

Курлинг и др. предполагают, что предварительное введение НД может модулировать эффекты, вызываемые МДМА и амфетаминами. Принимая во внимание, что активация дофаминергической нейрональной системы в мезолимбических областях мозга, как полагают, играет решающую роль в опосредовании эффектов злоупотребления наркотиками, связанных с вознаграждением, представленные здесь результаты согласуются с исследованиями, в которых сообщается, что НД обладает способностью снижать активность морфина и изменять некоторые эффекты каннабиноидов при хроническом использовании. Более того, его хроническое введение может ослабить субъективные эффекты кокаина у крыс.

Курлинг-Кайланто и др. предполагают, что ААС могут вызывать некоторые изменения в системах вознаграждения мозга, которые способствуют поддержанию лекарственной зависимости. На самом деле, НД в тестируемых дозах оказал важное влияние на удовлетворительный эффект кокаина. Было указано, что субхроническое предварительное лечение НД ослабляет в зависимости от дозы поведенческие и нейрохимические результаты острого употребления кокаина, связанные с системой вознаграждения. Как поведенческие, так и нейрохимические эффекты НД проявлялись в течение как минимум 28 дней после прекращения лечения.

Было предложено несколько возможных механизмов, объясняющих, как НД может воздействовать на дофаминергическую реакцию на кокаин. Активация моноаминоксидазы (МАО) может привести к усилению метаболизма как ДА, так и 5-HT. Однако последнее не подтверждается результатами Тиблина и соавторов поскольку активность МАО не изменялась под действием НД. Предварительное лечение НД также ослабляло вызванное кокаином увеличение внеклеточного 5-НТ в дозозависимости прилежащего ядра (NAc).

Подводя итог, можно сказать, что НД дозозависимо ингибирует отток как ДА, так и 5-HT в NAc, вызываемый кокаином, и снижает вызванные кокаином поведенческие эффекты у экспериментальных животных. Принимая во внимание, что общий отток как ДА, так и 5-HT, как полагают, связан с приятными эффектами, вызванными стимуляторами, это позволяет предположить, что НД может модулировать эффекты кокаина.

Исследования на животных показали, что ААС могут способствовать развитию зависимости, и сообщалось о связи между эффектами ААС и опиоидов. Трудно провести различие между прямым и косвенным действием на систему вознаграждения ААС, которое приводит к увеличению силы человека. Исследования на животных показали, что вознаграждение за приём ААС и спортивные результаты не имеют значения. Хроническое введение НД у крыс повышало уровни эндогенных опиоидов и их рецепторов в отдельных лимбических областях, включая повышение уровня бета-эндорфина в вентральной области покрышки (VTA). Однако необходимо помнить, что, в отличие от многих наркотиков, вызывающих злоупотребление, ААС не стимулируют резко высвобождение дофамина в NAc.

Обучение, память и работоспособность

По данным Магнуссона и др. у самцов крыс, которым вводили нандролон, наблюдалось ухудшение функции памяти, возможно, за счёт динорфинэргических механизмов в гиппокампе. Гиппокамп — это область мозга, связанная с когнитивными функциями, поскольку лимбический мозг связан с несколькими типами функций обучения и памяти. Эта область демонстрирует относительно высокую плотность рецепторов андрогенов у крыс, что предполагает связь между рецептором андрогена и когнитивной функцией.

Передвижение и физическая активность

МакГинис и др. изучали активность бега на колесе и циркадную ритмику у интактных гонадных самцов крыс после лечения тремя различными ААС (станозололом, тестостероном и надролоном). У крыс, подвергшихся воздействию нандролона, наблюдалось значительное снижение активности при беге на велосипеде, тогда как ни один из ААС не изменил показатели фазового ответа и циркадной ритмичности.

Влияние нандролона на двигательную активность является спорным моментом. Некоторые исследования показали, что нандролон не оказывает влияния на передвижение, тогда как другие результаты показывают, что крысы, получавшие нандролон фенилпропионат, демонстрировали повышенную беговую выносливость по сравнению с контрольной группой.

Влияние НД на эндокринную систему: влияние на ГГН (ось гипоталамо-гипофизарно-надпочечников)

Влияние НД на ГГН было показано в некоторых исследованиях. Было отмечено влияние на мРНК кортикостерона, адренокортикотропного гормона, проопиомеланокортина, кортикотропин-рилизинг фактор (КРФ) и рецептора КРФ1 (CRF R1) в гипофизе, гипоталамусе и миндалевидном теле крыс. Кроме того, наблюдалось влияние НД на адипонектин, инсулин, грелин, лептин и кортикостерон (КОРТ) и кортикальную серотонинергическую систему (КСС).

Ракка и др. оценили влияние субхронического введения НД (один раз в день в течение 14 дней) на ответ ГГН и КСС на острый стресс ограничения (ОО). ОО вызывал следующие эффекты: повышение содержания адренокортикотропина (АКТГ) (как в крови, так и в кортикотропах гипофиза) и КОРТ (в крови), снижение глюкокортикоидных рецепторов (ГР) в цитозоле гиппокампа и гипоталамуса и транслокацию ГР в ядерную фракцию гиппокампа, стимуляцию обратного захвата серотонина в коре и активации цитозольного ERK2 гиппокампа. Сам НД, то есть у не подвергавшихся стрессу крыс, не влиял на эти параметры, за исключением повышения цитозольного фосфо-ERK1/2 гиппокампа (киназы, связанной с внеклеточными сигналами гиппокампа) и снижения уровней КОРТ и АКТГ в плазме. Напротив, у подвергнутых стрессу крыс, получавших НД, индуцированное стрессом увеличение АКТГ в плазме и все другие вышеупомянутые стрессовые эффекты были предотвращены, за исключением увеличения плотности АКТГ-положительных клеток гипофиза. Хотя длительные сверхтерапевтические дозы введения НД крысам не оказывали заметного влияния на активность ГГН и переносчика серотонина в условиях отсутствия стресса, они могут нарушать регуляцию вызванного стрессом гормонального каскада, который играет решающую роль в депрессивной психопатологии.

Значительное снижение уровня КОРТ в плазме у крыс после введения НД (15 мг/кг в течение 14 дней) было отмечено Альсио и др. Снижение экспрессии двух ключевых ферментов, участвующих в синтезе КОРТ (5a-редуктаза I) в надпочечниках крыс, выявленное после длительного введения НД, что позволяет предположить, что хроническое использование НД может нарушать высвобождение КОРТ надпочечниками, воздействуя на транскрипцию генов участвующих ферментов. в синтезе КОРТ.

Более того, введение нандролона увеличивало экспрессию HMGCR (ферментов, синтезирующих стероиды в надпочечниках) в надпочечниках и снижало уровни экспрессии β3-адренорецепторов в жировой ткани. Действительно, нандролон может снижать уровень адипонектина посредством прямого воздействия на адипоциты, как показали эксперименты на клеточных культурах.

Стоит сказать, что на экспрессию адипонектина влияет КОРТ в плазме и что снижение уровней адипонектина в настоящем исследовании может быть результатом одновременного снижения КОРТ. Сердечно-сосудистые и метаболические нарушения, коррелирующие со злоупотреблением НД, опосредованы снижением уровня адипонектина, поскольку адипонектин оказывает как антиатерогенное, так и антидиабетическое действие. Более того, сердечно-сосудистые заболевания связаны со снижением уровня циркулирующего адипонектина.

Шлюссман и др. после экспериментов с крысами, получавшими НД (либо 45 мг/кг в течение 14 дней, либо 15 мг/кг ND в течение 3 дней), предположили, что действие НД на реакцию на стресс зависит от дозы и/или времени. Снижение уровня циркулирующего КОРТ через 24 часа после прекращения длительного применения (14 дней) и значительное повышение уровня циркулирующего КОРТ через 1 час после окончания кратковременного введения (3 дня) и возврат к контрольным уровням через 24 часа. Различия во времени действия НД наблюдались в уровнях мРНК различных компонентов ГГН. Никаких изменений в уровнях мРНК гипоталамического КРФ, проопиомеланокортина передней доли гипофиза (ПОМК) или CRF R1 передней доли гипофиза не наблюдалось. Однако в ходе хронического исследования с НД было зарегистрировано значительное снижение как ПОМК передней доли гипофиза, так и КРФ гипоталамуса.

Нандролон и нейротрансмиттеры: рецепторы ГАМК типа А (ГАМК-А)

Исследования показали, что длительное использование НД изменяет ГАМКергическую передачу в нервных цепях, которые играют решающую роль в выражении агрессии. НД усиливает синаптические токи, опосредованные рецептором ГАМК-A в вентромедиальном ядре гипоталамуса, но уменьшает их в преоптической области.

В частности, наблюдалось семантически повышенное высвобождение нейронов из центральной миндалевидного тела (CeA), проецирующихся в ядро ложа терминальной полоски (BnST), и торможение, опосредованное рецептором ГАМК-A, которое нацелено на нейроны BnST. ГАМКергическая передача в переднем мозге млекопитающих связана с агрессией, репродуктивным поведением, стрессом и выражением тревоги.

Влияние ААС на ионные каналы в ЦНС наблюдалось как в условиях социальной изоляции, так и при хроническом воздействии ААС. Была отмечена повышенная экспрессия субъединицы α5 рецептора ГАМК-A в областях переднего мозга, связанных с развитием агрессии и тревоги (включая гиппокамп, миндалину, медиальную преоптическую область и лобную кору).

Хотя ААС, как было показано, изменяют экспрессию рецептора ГАМК-А после длительного употребления, при остром применении они аллостерически модулируют функцию рецептора ГАМК-А.

Экспрессия гена субъединицы рецептора ГАМК-A регулируется как 17β-эстрадиолом, так и тестостероном, возможно, с помощью сигнальных рецепторов, опосредованных ядерными андрогенами и эстрогенами. ААС могут имитировать эти гонадные стероиды, воздействуя на эти рецепторы.

Согласно исследованиям, ААС изменяют синтез эндогенных нейростероидов и ферментов, синтезирующих ГАМК. Такое изменение уровня эндогенных нейростероидов может повлиять на мозг и все виды поведения, связанные со злоупотреблением ААС.

5-гидрокситриптамин (5-НТ) и 5-НТ-рецепторы

Серотонинергические пути, 5-НТ, берут начало в среднем мозге, ядрах шва и иннервируют вентральную область покрышки, чёрную субстанцию, прилежащее ядро и полосатое тело. Серотонинергическая активность регулирует сексуальное поведение, агрессию, страх, тревогу и вознаграждение (за какие-либо действия). Ослабление системы 5-HT связано с повышенной агрессией у людей и животных.

По данным Курлинга и др. супрафизиологические дозы НД (20 мг/кг) значительно повышали концентрации 5-НТ в гиппокампе и коре головного мозга.

Тиблин и др. оценили влияние различных ААС, включая, среди прочего, НД и пропионат тестостерона, на крыс Спраг-Доули. Они обнаружили, что метаболизм 5-НТ (измеряемый как соотношение 5-НТ к 5-гидроксииндолуксусной кислоте) усиливается в гиппокампе, но скорость синтеза 5-НТ существенно не увеличивается. Противоречивые результаты, представленные в более ранних исследованиях, показали, что использование пропионата тестостерона приводило к снижению уровня 5-HT в промежуточном мозге и в гиппокампе.

Ракка и др. оценили влияние НД на ГГН и активность кортикальной серотонинергической системы в ответ на острое ограничение (ОО). У животных, не подвергавшихся стрессу, получавших НД, не наблюдалось никакого влияния на обратный захват 5-HT, в то время как это полностью нарушало повышение активности переносчика серотонина (SERT), вызванное ОО, вероятно, как следствие вызванного стрессом увеличения уровня 5-HT в синаптической щели.

Дофамин и дофаминовые рецепторы

У молодых сирийских хомяков, получавших ААС, наблюдались повышенные уровни экспрессии дофамина (DA) и рецептора дофамина D2 (DA D2R) в переднем гипоталамусе. DA D2R чувствительны к андрогенам, а лечение ААС значительно увеличивает экспрессию мРНК D2 в мозге. Повышенная иммунная реактивность D2R в гипоталамусе была замечена после лечения ААС у молодых хомяков. Поскольку активация D2R усиливает нейрональное торможение, повышение экспрессии DA и D2R указывает на то, что DA в гипоталамусе усиливает агрессию. Другая теория подразумевает растормаживающий механизм усиления проявления агрессивности. Таким образом, блокада D2R позволит усилить ГАМКергическое торможение возбуждающих нейронов. Предполагается, что эти D2-ГАМКергические нейроны образуют синапс на нейронах вазопрессина (ВП) внутри гипоталамуса. Кроме того, ранее считалось, что ГАМК способна модулировать активность ВП. Доказано, что активность гипоталамического ВП играет решающую роль в контроле агрессии.

Опиоиды и опиоидные рецепторы

Об изменениях в эндогенной опиоидной системе, вызванных применением ААС, впервые сообщалось в 1995 году. Динорфин B (Dyn B) и мет-энкефалин-Arg6Phe7 (MEAP) представляют собой опиоиды, которые служат маркерами двух генетически различных активностей опиоидной пептидной системы.

НД влияет как на энкефалиновую, так и на динорфиновую системы в полосатом теле, гипоталамусе и периакведуктальном сером веществе (ПСВ). Более того, хроническое введение вызывает дисбаланс в прилежащем ядре (структурах, связанных с механизмами вознаграждения).

Выводы

НД способен вызывать ряд психологических эффектов, графическое представление которых представлено на рис. 2. Многие эффекты и связанные с ними механизмы подробно объяснены в настоящем обзоре.


Подводя итог, можно сказать, что серотониновая, глутаматная и дофаминовая системы, активация рецепторов ГАМК-A и NMDA, а также активация стероидных рецепторов, таких как эстрогеновые, минералокортикоидные, прогестероновые и глюкокортикоидные рецепторы, могут способствовать возникновению психоза, депрессии, перепадов настроения, агрессивного поведения (с меньшей вероятностью), а после прекращения его употребления «синдрома отмены». Стоит отметить также, что в экспериментах применялись дозировки НД, которые для человека весом 80кг составляли б 190-560мг/неделю.